Наши любимые детки

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Наши любимые детки » Детское здоровье » Интерсные взгляды доктора Комаровского на разные болезни.


Интерсные взгляды доктора Комаровского на разные болезни.

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Перенатальная энцефалопатия
Перевод на русский язык этого медицинского термина не очень прост. Но мы попробуем.
«Пери-» — (греч. peri-) приставка, означающая «расположение вокруг, снаружи, при чем-либо». «Натальный» — от лат. natus — рождение. Несложно сделать вывод, что суть понятия «перинатальный» — связанный с родами, имеющий место до, во время, после родов, есть даже такое словосочетание — «перинатальный период» и наука «перинатология». Имеет, по-видимому, смысл сразу же уточнить, что перинатология называет перинатальным периодом интервал, начиная с 28-й недели внутриутробной жизни плода и заканчивая седьмым днем после рождения1.
Слово «патия-», происходящее от греческого pathos-, переводится как «болезнь», «страдание». Также греческое enkefalos — головной мозг. Ну а вместе получается «энцефалопатия» — болезнь мозга.
Болезнь мозга — понятие неконкретное, неудивительно, что и энцефалопатия — не конкретная болезнь, а термин, объединяющий целый ряд самых разнообразных болезней головного мозга. Становится очевидным, что диагностировать, лечить и вылечить энцефалопатию нельзя в принципе, ибо как можно лечить неконкретное понятие.
Отсюда следует, что если уж термин «энцефалопатия» произнесен, то надобно добавлять и другие пояснительные слова. Так обычно и поступают — для уточнения имени болезни к слову «энцефалопатия» добавляется соответствующее прилагательное, указывающее на причинный фактор, вызвавший болезнь (повреждение) мозга.
Например, билирубиновая энцефалопатия (поражение мозга, связанное с высоким уровнем билирубина), гипоксическая энцефалопатия (поражение мозга, связанное с дефицитом кислорода), ишемическая энцефалопатия (поражение мозга, связанное с нарушением мозгового кровообращения). Вполне понятны и не нуждаются в подробных объяснениях такие словосочетания, как диабетическая энцефалопатия, травматическая энцефалопатия, алкогольная энцефалопатия.
Несомненно, что без уточняющего прилагательного слово «энцефалопатия» не имеет никакого смысла и означает примерно следующее: «с мозгами что-то не так». И в этом аспекте слово «перинатальный» выглядит, по меньшей мере, странно, ибо никоим образом не уточняет природу повреждения головного мозга. Этот термин всего лишь указывает на временной интервал, когда эти изменения произошли.
Вот и получается, что словосочетание «перинатальная энцефалопатия» вразумительно перевести на русский язык просто невозможно — ну, ориентировочно, «с мозгами что-то не так из-за повреждения перед родами, во время или непосредственно после родов». Что не так? Да кто его знает...
С учетом приведенной информации, читатели, пожалуй, и не удивятся тому факту, что диагноз «перинатальная энцефалопатия» отсутствует в международной классификации болезней и не используется нигде в мире, за исключением, разумеется, стран СНГ.
Назвать болезнь конкретным именем или пусть и завуалировано, но сказать «с мозгами что-то не так» — принципиально разные вещи.
Нервная система ребенка вообще и головной мозг в частности развиваются очень быстро. В процессе развития эпизодически возникают всякие непонятности, появляются, исчезают и угасают рефлексы, стремительно меняются реакции на окружающую среду, совершенствуются органы чувств, значительные изменения претерпевает объем движений и т. д. и т. п. Медицинская наука изрядно потрудилась и постаралась все эти изменения систематизировать. Отсюда многочисленные труды с информацией о нормах, о том, что положено, а что нет, о том, что может быть, что допустимо, чего не может быть никогда. А поскольку анализируемых и подвергнутых учету факторов сотни, что-нибудь обязательно выйдет за рамки отведенных сроков и норм.
И тогда на повестку дня встанет вопрос о диагнозе...
А поставить диагноз, руководствуясь международной классификацией болезней, не удастся. Но ведь есть конкретные жалобы и проблемы: у нас подбородочек дрожит, мы плакали 30 минут без остановки, а вчера срыгнули целых четыре раза, а на прошлой неделе очень сильно дрыгали ногами и т. д.
Алгоритм взаимоотношений детского врача и родителей в рамках отечественной ментальности совершенно не предусматривает фразы типа «все нормально, оставьте дитя в покое» или «успокойтесь, перерастет». Стандартная процедура любого врачебно-родительского контакта начинается с вопроса «на что жалуетесь?» и заканчивается конкретным диагнозом. Ситуация, при которой родители всем довольны, — удивительная редкость. Врачебный осмотр, в ходе которого не будут обнаружены никакие отклонения от норм, сроков и стандартов, — явление уникальное. Сочетание редкого и уникального — это уже вне комментариев.
В то же время и жалобы, и выявленные в ходе осмотра ненормальности сплошь и рядом на диагноз, собственно говоря, не тянут. Ну не все замечательно, ну не так кое-что, ну не совсем так кое-где, но это ж не повод лечиться-спасаться-обследоваться… Но произнести, а тем более написать фразу «что-то не так» или «с мозгами что-то не так» — это ж окончательно и бесповоротно подорвать доверие к медицинской науке вообще и к конкретному врачу в частности.
И тут приходит на помощь замечательный диагноз — «перинатальная энцефалопатия». Диагноз чрезвычайно удобный в силу своей внешней учености и неопределенности.
Здесь есть еще один очень интересный нюанс. Конкретный неврологический диагноз — реальный повод для серьезного лечения, очень часто в условиях стационара. Отсюда отчетливая тенденция к тому, что чем ближе к больнице — тем больше ясности и определенности. Неудивительно в этой связи, что в роддомах, отделениях патологии новорожденных и детских неврологических стационарах диагноз «перинатальная энцефалопатия» не встречается практически никогда. Там, где есть повод серьезно лечить, нельзя без серьезного и осмысленного диагноза.
Проиллюстрируем это следующими примерами.
Наиболее распространенный вариант энцефалопатии у детей раннего возраста — т. н. гипоксически-ишемическая энцефалопатия — повреждение мозга из-за нехватки кислорода и нарушений мозгового кровообращения в перинатальном периоде. А теперь цифры: по данным авторитетных зарубежных медиков и отечественного учебника «Основы перинатологии», гипоксически-ишемическая энцефалопатия (ГИЭ) встречается у доношенных новорожденных с частотой 1,8—8 случаев на 1000 детей, т. е. 0,18—0,8%.
По тем же данным, на долю ГИЭ приходится примерно половина всех перинатальных повреждений нервной системы.
Здесь имеется в виду следующее. Среди выявляемых в перинатальном периоде болезней нервной системы выделяют: уже упомянутую нами гипоксически-ишемическую энцефалопатию; родовые травмы, инфекции, врожденные аномалии и нарушения обмена веществ. Так вот, примерно половина — это ГИЭ, вторая половина — все остальное.
Несложно посчитать, что если на долю ГИЭ приходится 0,8%, то все вместе — 1,6%, максимум 2%. Приведенные цифры относятся к доношенным детям. У недоношенных, а их около 10%, поражения нервной системы встречаются намного чаще, так что итоговую цифру можем смело увеличить еще в 2 раза.
Подведем итог всей этой арифметики. Конкретный диагноз перинатального поражения нервной системы может быть установлен у 4% детей, в то же время перинатальная энцефалопатия выявляется в детских поликлиниках нашей страны у 50% детей, а в некоторых лечебных учреждениях эта цифра достигает 70%!!!
Еще раз прошу вдуматься в эти фантастические цифры: конкретные, требующие лечения болезни нервной системы имеют место максимум у 4% детей, но каждая вторая мама отправляется в аптеку за лекарствами «для мозгов».
Именно эти походы в аптеку представляют собой важнейшее звено в рассматриваемой теме. Ведь что получается: половина детей имеют диагноз «у вас с мозгами что-то не так», что в переводе с русского языка на медицинский звучит как «перинатальная энцефалопатия». Казалось бы, ну и что тут такого страшного? Ну поговорили, написали, разошлись по домам в конце концов! Но ведь так не получается, ибо как из жалобы вытекает диагноз, так из диагноза вытекает лечение. Ибо, коль уж сказано «А» (перинатальная энцефалопатия), так приходится говорить «Б» (— попейте эти таблеточки). А если вышеупомянутое «Б» не сказать, так это значит быть равнодушным и невнимательным. Как же можно ничего не делать, если такой страшный диагноз!!!
Лечение перинатальных поражений нервной системы лекарствами — это вообще отдельная тема. Дело в том, что после воздействия на мозг ребенка повреждающего фактора (травма, кислородное голодание и т. д.) начинается острый период энцефалопатии, который длится 3—4 недели. Именно в остром периоде необходима активная лекарственная терапия, которая способна серьезным образом повлиять на исход болезни. Далее следует т. н. восстановительный период, когда эффективность фармакологических средств очень невелика и акцент делается на принципиально другие методы помощи — массаж, физиопроцедуры и т. п.
Несложно заключить, что визиты в детскую поликлинику никогда не происходят в остром периоде болезни, так что даже при серьезных неврологических проблемах лечение лекарствами в большинстве случаев не нужно и бесперспективно. Что уж говорить про болезни несерьезные или про неболезни в принципе...
И в этом аспекте неопределенное, умно-ученое, но ничего не требующее и ни к чему не обязывающее понятие «перинатальная энцефалопатия» представляет собой конкретное зло. Именно зло, поскольку сплошь и рядом инициирует действия и явления совершенно ненужные, иногда опасные — эксперименты с лекарствами, ограничения нормального образа жизни, хождения по медицинским учреждениям, материальные потери, эмоциональные стрессы.
Искоренить это зло практически невозможно. Можно лишь изменить к нему отношение. Изменить отношение и понять самое-самое главное: перинатальная энцефалопатия — это не повод спасаться и грустить. Ведь если у вашего малыша обнаружили перинатальную энцефалопатию, так это значит, что нет у него серьезных, конкретных и опасных болезней. Это временно, это мелочи, это само пройдет, образуется, перерастется.
И это повод улыбнуться и потерпеть.

0

2

Еще раз про ОРЗ
Острые респираторные вирусные инфекции (ОРВИ) - самые распространенные болезни - до 90% всех случаев инфекционных заболеваний. Ими болеют все - одни чаще, другие реже, но все. Зимой чаще (вирусы в это время намного активнее), летом - реже, но все равно болеют.
Симптомы ОРВИ зависят, прежде всего, от того, где, на каком участке дыхательных путей вирус вызвал наиболее сильный воспалительный процесс. Для обозначения этого места существует множество страшных медицинских слов. РИНИТ - поражение слизистой оболочки носа, ФАРИНГИТ - поражение слизистой оболочки глотки, НАЗОФАРИНГИТ (нос и глотка одновременно), ТОНЗИЛЛИТ (миндалины), ЛАРИНГИТ (гортань), ТРАХЕИТ (трахея), БРОНХИТ (бронхи), БРОНХИОЛИТ (самые мелкие бронхи - бронхиолы).
Объединяя эти слова (тонзилофарингит, ларинготрахеит, трахеобронхит и т. п.), читатели вполне могут не только приобщиться к медицинской терминологии, но и использовать полученную информацию в корыстных целях. Одно дело сказать начальнику на работе, что у вас или у вашего ребенка была ОРВИ, и совсем другое - поведать о перенесенном назофаринготонзилите.
С учетом всеобщей убежденности в том, что тяжесть болезни имеет прямую связь с непонятностью диагноза, сочувствие начальства вам обеспечено.
Симптомы ОРВИ всем прекрасно известны, хотя бы потому, что человека, который ни разу ОРВИ не болел, просто не существует. Вначале недомогание, ну а повышение температуры тела, насморк и кашель долго себя ждать не заставляют. Простудился - убежденно заявляет человек. Именно в этой связи очень хотелось бы объяснить разницу между такими понятиями, как "простудился" и "заразился", поскольку значение часто употребляемого слова "простуда" на самом деле не всем известно.
Итак, заглянем в толковый словарь:
ПРОСТУДА 1. Охлаждение, которому подвергся организм. 2. Болезнь, вызванная таким охлаждением (разг.).
Главный вывод из этого определения состоит в том, что простуда, как правило, не имеет никакого отношения к ОРВИ. И в носу, и в глотке, и в бронхах имеется достаточное количество микробов (не вирусов, а бактерий), которые вызывают заболевания (все те же фарингиты и тонзиллиты), при ослаблении защитных сил организма, чему и способствуют переохлаждения, повышенная потливость, хождение босиком, избыточные физические нагрузки, сквозняки, холодная вода. А заболеть ОРВИ - это значит заразиться от уже больного человека.
И еще про один медицинский термин, который всем знаком, - ОРЗ, что расшифровывается как острое респираторное заболевание. Если врач убежден в том, что насморк, кашель и повышение температуры вызваны вирусом, то он (врач) употребляет уже известное нам понятие ОРВИ. Однако причина все тех же кашля и насморка бывает не совсем понятна или просто некогда разбираться (50 человек в день на приеме в поликлинике и 30 вызовов на дом). В этой ситуации очень удобно говорить про ОРЗ, поскольку понятие "острое респираторное заболевание" объединяет в себе и ОРВИ, и простуды, и обострение хронических инфекций носоглотки, и бактериальные осложнения ОРВИ.
Почти все проявления респираторной вирусной инфекции - повышение температуры тела, насморк, кашель, отказ от еды - представляют собой способы борьбы организма с возбудителем инфекции.
Повышение температуры тела - наиболее типичное проявление не только ОРВИ, но и любой инфекционной болезни. Организм таким образом сам себя стимулирует, вырабатывая при этом вещества, которые будут бороться с возбудителем.
Каждый человек индивидуален и по-разному переносит повышение температуры. Некоторые ходят на работу при 39 градусах, а другие теряют сознание при 37,5. Поэтому не может быть универсальных рекомендаций в отношении того, до каких пор надобно ждать и после какой цифры на шкале градусника начинать спасаться.
Главное для нас следующее. При повышении температуры тела необходимо сделать все для того, чтобы организм имел возможность терять тепло. Тепло теряется двумя путями - при испарении пота и при согревании вдыхаемого воздуха. Два обязательных действия: 1. Обильное питье - чтобы было чем потеть. 2. Прохладный воздух в комнате. Если эти условия выполнены, вероятность того, что организм сам не справится с температурой, очень невелика.
Внимание!
При контакте тела с холодом происходит спазм сосудов кожи. В ней замедляется кровоток, уменьшается образование пота и отдача тепла. Температура кожи уменьшается, но температура внутренних органов увеличивается. И это исключительно опасно! Нельзя использовать в домашних условиях так называемые "физические методы охлаждения": грелки со льдом, влажные холодные простыни, холодные клизмы и т. п. В больницах или после визита врача можно, потому что до того (до физических методов охлаждения) врачи назначают специальные лекарства, которые устраняют спазм сосудов кожи. Дома необходимо сделать все для того, чтобы спазма сосудов кожи не допустить. Поэтому прохладный воздух, но достаточно теплая одежда.
Чем выше температура тела, чем интенсивнее потоотделение - тем больше надо пить. Оптимальный напиток - компот из сухофруктов, содержащий очень многие необходимые вещества, к примеру, калий, очень (!) нужный для нормальной работы сердца и сосудов, особенно при высокой температуре. Чай с малиной резко усиливает образование пота. Поэтому вы должны быть уверены в том, что есть, чем потеть, а, значит, до малины надо бы выпить еще чего-нибудь (того же компота).
Если компота не охота, а охота чего-либо другого, помните: лучше любая жидкость которую вы пить согласны (минеральная вода, отвары трав, калина, шиповник, смородина и т. д.), чем не пить вообще.
Бывают, и совсем нередко, ситуации, когда повышение температуры тела плохо переносится. При некоторых болезнях нервной системы высокая температура тела может спровоцировать судороги, особенно у детей. Да и, по большому счету, температура выше 39 градусов, которая держится больше часа, имеет отрицательных эффектов не меньше, чем положительных.
Во всех описанных ситуациях (повторяю: 1. Плохая переносимость температуры; 2. Сопутствующие болезни нервной системы; 3. Температура тела выше 39 градусов) имеет смысл применение лекарственных препаратов. Сразу же отметим: эффективность любых лекарств снижается, а вероятность побочных реакций значительно увеличивается, если не решены указанные выше две главные задачи (не обеспечен должный режим питья и не снижена температура воздуха в помещении). Для использования в домашних условия оптимальны два препарата - парацетамол (синонимы - тайленол, панадол, эфералган) и аспирин (ацетилсалициловая кислота). В отношении парацетамола хотелось бы отметить следующее: этот препарат, с одной стороны, весьма безопасен, а с другой - не очень эффективен. Ни при одной серьезной инфекции добиться с его помощью существенного снижения температуры тела не удается. Именно поэтому парацетамол всегда должен быть в доме, поскольку помогает людям правильно оценить серьезность болезни: если после приема температура снизилась, значит, с высокой степенью вероятности можно заключить, что ничего страшного (более страшного, чем ОРВИ), у вас нет. А вот если эффект от приема парацетамола отсутствует - тут уже самое время подсуетиться и не откладывать в долгий ящик обращение к врачу.
Насморк чаще всего является проявлением именно вирусного заболевания. Во-первых, организм таким образом пытается остановить инфекцию в носу (не пустить ее дальше - в горло, в легкие), а во-вторых, слизистая оболочка носа выделяет слизь (на человеческом языке она называется "сопли"), которая в огромных количествах содержит вещества, нейтрализующие вирусы. Главная задача - не допустить высыхания слизи. Для этого необходим, опять-таки, чистый прохладный воздух и достаточное количество жидкости, употребляемой внутрь. Если слизь высохнет - вы будете дышать ртом и тогда начнет высыхать слизь в легких, закупоривая бронхи, а это одна из главных причин развития в них воспаления (пневмонии).
При температуре в комнате выше 22 градусов слизь высыхает очень быстро. Выводы очевидны.
Помочь себе можно, увлажняя носовые ходы каплями, которые делают слизь более жидкой. Самое простое и всем доступное средство - физиологический раствор (есть во всех аптеках). Это обычная вода с добавлением небольшого количества соли. Передозировать его невозможно, поэтому капайте совершенно спокойно хоть каждые полчаса по 3-4 капли в каждую ноздрю (в случае, когда аптека далеко или бежать туда нет времени, можете сделать некоторое подобие физиологического раствора сами - на 1 литр кипяченой воды добавьте 1 чайную ложку соли, если же быть более точным - 9 грамм). Очень хороший препарат - эктерицид - маслянистая жидкость, обладающая слабыми дезинфицирующими свойствами, а масло, покрывая тонким слоем слизистые оболочки, предотвращает их высыхание.
Никогда и ни при каких обстоятельствах не капайте в нос растворы антибиотиков!
Недопустимо использование при обычном (вирусном) насморке сосудосуживающих капель (нафтизин, галазолин, санорин, назол). Вначале становится очень хорошо - исчезает слизь, а потом очень плохо - начинается отек слизистой оболочки носа. Проявляется это так: сопли бежать перестали, но носовое дыхание не только не восстанавливается, но еще и ухудшается ("не продохнешь"). А чтоб снова стало хорошо, опять приходится капать. И так до бесконечности. Повторяю: насморк - это защита. Он сам пройдет, если не мешать, а помогать. Придуманы указанные лекарства для лечения совсем другого насморка - не инфекционного, а аллергического.
Теперь про кашель. Любой нормальный человек должен хотя бы иногда кашлять. Организм таким образом очищает легкие от слизи, которая в них накапливается. Иначе быть не может, потому что дышит человек не самым чистым воздухом. При любых болезнях легких и верхних дыхательных путей количество слизи увеличивается - надо чистить бронхи и нейтрализовывать вирусы и бактерии. А накапливающуюся слизь (она называется мокротой) организм удаляет посредством кашля.
Как и в отношении носа, главное - предотвратить высыхание мокроты - все те же прохладный воздух и питье. Категорически недопустимо без указания врача использовать лекарственные средства, угнетающие кашель (глауцин, либексин, тусупрекс, бронхолитин)! А если уж невмоготу, то использовать препараты, воздействующие на мокроту (делающие ее менее густой) и усиливающие сокращение бронхов. Кашель, каким бы он ни был, всегда позволяет дождаться участкового врача и посоветоваться. Вполне безвредны и довольно эффективны мукалтин, нашатырно-анисовые капли, калия йодид, бромгексин, лазолван, бронхикум. Их неплохо иметь в доме, но дозы и целесообразность применения в каждом конкретном случае уточнять (не у соседки, разумеется, а у врача).
Главный, весьма утешительный и весьма оптимистический вывод: в подавляющем большинстве случаев организм нормального человека вполне способен к тому, чтобы без всякой посторонней помощи справиться с вирусной инфекционной болезнью. И главная наша задача организму не мешать!
Всегда помните: количество и тяжесть осложнений, а также сроки болезни, теснейшим образом связаны с количеством лекарств, употребляемых вами. Чем больше красивых таблеток вы съедите, тем больше красивых флакончиков, ампул и шприцев купите потом, когда будете лечить осложнения.

0


Вы здесь » Наши любимые детки » Детское здоровье » Интерсные взгляды доктора Комаровского на разные болезни.